Капитан скосил глаза на десантников и послал смачный, зеленоватый плевок под ноги очередному солдату, спускавшемуся по наклонному пандусу. Фермянин поскользнулся в слюне, но устоял, балансируя с ящиком взрывчатки.

Капитан сплюнул ещё раз, теперь уже в сторону и попал на посадочную опору. Густая слюна начала медленно сползать по металлу, покрытому побежалостями от перепадов температур.

Мужичьё, деревенщина, подумал капитан. Надоело выгребать навоз быдлей из хлева, ионизировать молоко, да тискать толстых девок в стогах. (Ферма была аграрной планетой, и капитан знал, что все девки, а уж, тем более, бабы, там толстые, как обычно в таких случаях.)

Капитан разглядывал фермян с брезгливостью военного-профессионала. В наёмники подались, денег заработать, видите ли! Так-то, вроде, здоровяки, каких мало, а прижарит шкуру напалмом или кусок ягодицы срежет лазером - сразу нюни распустят. Он, капитан Колот Винов, с радостью променял бы сотни этих остолопов на дюжину своих в доску ребят с Попоя.

Променял бы, если бы не эта тварь, Профессор Хиггинс. Надо же, тоже, имечко: Профессор! Естественно, он никогда бы не доверил капитану боевой корабль с настоящими бойцами-попойцами. Боится, зная, что тогда бы ему самому не поздоровилось.

У капитана с Хиггинсом были старые счёты. Давным-давно он, как начальник контрразведки Президента Попоя выслеживал бандитов Хиггинса, замышлявшего государственный переворот. Либеральная власть бывшего Президента Нико довела ситуацию до того, что на планете Попой практически не было смертной казни. Нико был добрейший человек, но этим пользовалась любая сволочь. У капитана, предлагавшего раз и навсегда жёсткими мерами покончить с подпольщиками, были связаны руки. И чем же это кончилось...